Валерий Аллин (val000) wrote in nad_suetoi,
Валерий Аллин
val000
nad_suetoi

Category:

Гурджиев, суфизм и Магомет.

От larkin_donkey
(Уильям Паттерсон, перевод Андрея Коклина)

Лишь только Гурджиев умер, суфии сразу провозгласили, что он был "одним из них". Заявляя об этом как в явной форме, так и утверждая, что само принесённое им учение являлось на самом деле лишь некой замаскированной формой суфизма. Конечно, подобные параллели между суфизмом и имеющим уходящие в глубокую античность корни учением Четвёртого Пути легко можно отследить. Например, это танцы, музыка и, возможно, некоторые практики. Также как ни у кого из читавших первые две серии гурджиевского Легомонизма, Всё & Вся, не возникает сомнений по поводу близкого знакомства автора с ними, равно как и его уважения к Магомету, исламу и суфизму. Но делает ли всё это самого Гурджиева суфием?

Гурджиев — христианин. Но не современного разлива. Современное христианство он как раз часто высмеивал. По его словам, Православие по крайней мере сохранило в себе что-то, тогда как римский католицизм выродился полностью. Он настаивал, что Иисус Христос был не единственным божественным посланником на эту планету — что, конечно, само уже исключает буквальное следование Символу Веры. Однако, даже в поверхностном взгляде на его жизнь, само его 'христианство' представляется настолько очевидным, что даже вызывает удивление возникающее сомнение в этом. Гурджиев был крещённым христианином, он получил образование и воспитывался русскими православными священниками и также, по его собственной просьбе, обряд отпевания после его смерти проводился в русской православной церкви в Париже русским священником.

ГУРДЖИЕВСКОЕ ВИДЕНИЕ ХРИСТИАНСТВА

Через четыре месяца после того, как ему удалось наконец открыть свой Институт Гармонического Развития Человека, он заявил: "Программа Института, сила Института, цель Института, возможности Института могут быть выражены всего в нескольких словах: Институт может помочь человеку стать способным быть христианином". Он продолжил далее: "Христианство говорит нам о том, что надо любить всех. Но это невозможно. И в то же время, совершенно верно, что любить необходимо. Но сначала надо стать способным к этому, лишь потом человек сможет любить. К сожалению, со временем, современные христиане приняли и усвоили лишь вторую половину — любить — потеряв при этом из виду первое — религию [обретения способности делать], которая должна предшествовать этому".

Далее он добавил: "Половина мира является христианской, другая половина относится к другим религиям. Хотя для меня, как разумного человека, это не имеет никакого значения — они точно такие же, как и христиане. Поэтому можно сказать, что весь мир является христианским, разница лишь в названии. И христианский он далеко не один год, а уже тысячи лет. Христиане были в нём задолго до пришествия христианства".

Последнее утверждение хорошо согласуется с тем, что П.Д. Успенский говорил о словах Гурджиева, сказанных в России за семь лет до этого. Когда его спросили о происхождении Четвёртого Пути, Гурджиев сказал, что для того, чтобы понять, что подразумевается под термином 'христианство', необходимо было бы "говорить много и долго". Добавив при этом: " Но ради тех, кто уже знает, я скажу, что это, если угодно, эзотерическое христианство".

И позже Успенский приводит ещё следующие слова Гурджиева:
"Многим людям покажется странным, если я скажу, что доисторический Египет был христианским за много тысяч лет до рождения Христа. Иными словами, его религия состояла из тех же принципов и идей, которые составляют подлинное христианство. . . . Христианская церковь, христианская форма поклонения не изобретена отцами церкви, а заимствована в готовом виде из Египта, но только не из того Египта, который мы знаем, а из того, который нам неизвестен. Этот Египет находился на том же самом месте, что и известный нам, но существовал гораздо раньше."

Что обычно не понимается, хотя ключи к этому есть в "Поисках", в "Рассказах Вельзевула своему внуку" и "Встречах с замечательными людьми", это то, что Гурджиев отыскал учение Четвёртого Пути именно в Египте и Эфиопии (Абиссинии). Это было его первое путешествие. Второй задачей его было уже заново открыть, собрать и переформулировать элементы оригинального пре-исторического христианского учения — существовавшего в Египте более чем за 3,000 лет до Р.Х. — которое со временем двинулось на север с Пифагором и в Центральную Азию.

ПРЕДВЗЯТОСТЬ БЕННЕТТА

Одним из адвокатов точки зрения того, что гурджиевское учение основывалось на суфизме, был Дж.Г. Беннетт. В своём "Пути к новому миру", во всех других отношениях интересном исследовании Гурджиева и его учения, Беннетт явно упускает из виду значение и первичность этой связи с Египтом, переоценивая и всячески подчёркивая роль Центральной Азии. Хотя и он также пишет:

"Мы знаем, что Восточная Церковь располагает замечательными духовными упражнениями, некоторым из которых Гурджиев учил своих учеников. Он ссылался на своё путешествие в Абиссинию с профессором Скридловым. В Абиссинии Гурджиев провел три месяца, после того как обнаружил в Египте указания на важность коптской традиции. Под конец его жизни, я неоднократно слышал, как Гурджиев говорил об Абиссинии, называя её даже своим 'вторым домом', куда ему хотелось бы уехать в старости, чтобы закончить там свои дни. Он также упоминал то особое знание христианских первоисточников, сохранившееся в Коптской Церкви, которое было утрачено православной и католической ветвями христианства.

В целом, подобно всей той путанице, которая возникла вокруг Работы после смерти Гурджиева, также и сама Работа во многом привнесла эту путаницу в себя. Характерный пример — недавнее новое издание "Поисков" Успенского уже показывает нам на обложке суфия в тюрбане. И это вполне сопоставимо с обложками новых изданий собственных гурджиевских книг, изображающих либо арабские письмена, либо персидские ковры. Было ли это намеренным или нет, но такой явный отказ от истоков гурджиевского Четвёртого Пути, особенно сейчас, с выходящим на первый план историческим столкновением между иудео-христианством и исламом, должен быть исправлен, чтобы избежать ложных ассоциаций, способных причинить серьёзный вред гурджиевскому учению.

Таким образом, вместе с пониманием того, что Гурджиев является настоящим христианином и что Четвёртый Путь представляет собой уходящее корнями в праисторический Египет древнее знание — а следовательно, явившееся изначальным источником для всех последующих учений — давайте взглянем с этой точки зрения на связь Гурджиева с исламом и суфизмом.

ГУРДЖИЕВСКОЕ БРАТСТВО

В "Вестнике грядущего добра" Гурджиев говорит о неком 'братстве' — это слово он намеренно взял в кавычки, видимо, чтобы показать, что это нечто большее чем просто братство в обычном понимании — которое существует в самом сердце Центральной Азии. Позже он ссылается на него также как на "некий дервишский монастырь", в котором он провёл два года, изучая восточный гипнотизм. Поскольку, как он говорит, "я предвидел определённые возможные изменения в условиях обычного существования [ с его слов и книги Ф.Петерса — "может произойти мировая катастрофа, если 'мудрость'  Востока и 'энергия' Запада своевременно не интегрируются и не гармонизируются" ] и я поэтому решил поведать о своих намерениях 'братству', с тем, чтобы гарантировать определённым образом их будущее сотрудничество". Он упоминает, что по этому поводу были довольно длительные дискуссии по взаимным обязательствам, "которые с моей стороны касались главным образом моих будущих религиозных и моральных действий, а с их стороны относились к руководству, в строгом соответствии с указанными мною средствами, внутренним миром тех людей, которых я буду вверять им".

То есть, мы видим здесь, что Гурджиев пришёл на Запад не в качестве ученика или студента от Востока. Напротив, именно он даёт представителям Востока руководство по обучению своих студентов — "в соответствии с указанными мною средствами". Интересно, что в комментарии переводчика к английскому изданию "Встреч с замечательными людьми" написано следующее: "Гурджиев был мастером … настоящей инкарнацией знания" (что звучит хорошо, конечно, хотя к сожалению, о нём сейчас редко говорят именно как о мастере, а чаще характеризуют просто как "мистика и философа")

Безусловно, Гурджиев был хорошо знаком как с исламом, так и с суфиями. После своего пребывания в Египте, он проявил чудеса маскировки и "сумел пробраться в Мекку и Медину, недоступные христианам (но все мои усилия были тщетны, я не узнал ничего существенного)". А позже они вместе с профессором Скридловым, маскировались, соответственно, один — под прямого потомка Магомета, Сеида, а второй — под персидского дервиша, чтобы исследовать Кафиристан (а если бы Гурджиев вдруг действительно стал суфием, зачем бы нужна была вся эта маскировка?) Несомненно, Гурджиев питает глубокое уважение к дервишам, например, когда пишет о них в Первой Серии: "С уничтожением в Турции этого «дервишизма» там уничтожатся совершенно также и последние те искорки, которые, как сохранившиеся в пепле огоньки, когда-нибудь могли бы опять разжечь очаг возможностей, на которые рассчитывал и на которые надеялся святой Магомет". Также лестно отзывается он и об основателе ислама, называя его "надежды-полным-святым-Магометом", и о самом исламе, как "четвёртой великой религии". Со временем, однако, чистая суть этой религии загрязнилась и была разбавлена из-за смешивания её с "чем-то из фантастической теории вавилонских дуалистов", вместе с "обещаниями блаженства пресловутого 'рая', существующего где-то 'в другом мире'". Он отмечает, что ислам "с самого своего начала раскололся на две школы 'суннитов' и 'шиитов'", и что "из-за частых столкновений их взаимная психическая ненависть друг к другу сейчас уже трансформировалась полностью в органическую ненависть". И он также предупреждал по этому поводу: "Существа некоторых европейских сообществ за последние столетия внесли большой вклад в это подстрекательство … для того, чтобы их взаимная враждебность возрастала, поскольку, если они когда-либо смогут объединится, то вскоре может настать конец для этих европейских сообществ".

Если одно какое-то братство и стоит надо всеми остальными для Гурджиева, это несомненно Мировое Братство. "Среди адептов этого монастыря были бывшие христиане, иудеи, магометане, буддисты, ламаисты и даже один шаманист. Все были объединены Богом Истиной".

Это Мировое Братство и есть гурджиевское братство.

(Источник: "Gurdjieff, Suffism & Mohammed" // article by William Patrick Patterson, The Gurdjieff Journal, vol. 31, 2010 )

* (Оригинальный пост)

Содержание
Tags: Андрей Коклин, Вектор, Гурджиев, Перевод, Суфизм
Subscribe
promo nad_suetoi october 31, 2013 14:02 6
Buy for 100 tokens
Содержание: Речь в зачатке лишь звук... Борис Херсонский Хвалитель на договоре. Геннадий Добрушин Одноклассник. Юлия Комарова Четверостишие Абдалах Б. Аббаса. Валерий Аллин И замысел тайный ещё не разгадан... Лариса Миллер Я - король. Геннадий Добрушин Имеющий подлость…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 11 comments